# Компьютерра PDA N294 (08.02.2014-14.02.2014)

Компьютерра

ОГЛАВЛЕНИЕ

Василий Щепетнёв: Предчувствие победоносной войны

Сергей Голубицкий: Окончательный диагноз биткойна, или Что общего между пиастром ЛГБТ и кольцом Саурона?

Михаил Ваннах: Так зачем DARPA открывает всему свету закрома инноваций?

Леха Андреев : От «Фитбита» до медкарты: как заставить персональные данные работать на себя

Михаил Ваннах: Как отечественная интернет-экономика меняет рынок труда?

Сергей Голубицкий: Невидимая революция Flow как ключ к пониманию проблем отечественной коммерции

Сергей Голубицкий: Тайный клуб миллиардеров и механизмы частного фаворитизма

## Предчувствие победоносной войны

Автор: Василий Щепетнёв

10 февраля 2014

Экономисты изучают советское общество по статистическим выкладкам, анализируя показатели пятилеток, сведения о заработной плате в той или иной отрасли, а если повезёт, и банковские отчёты. Инженеры рассматривают сквозь призму времени чертежи танков, самолётов и холодильных шкафов — те, которые уцелели. Не инженеры уцелели, а чертежи: я с печалью узнал, что документация по производству советских самолётов второй мировой войны зачастую утеряна. Педагоги сравнивают школьные программы и учебники тридцать девятого года и года две тысячи четырнадцатого. А мне интересно читать написанное тогда — и сейчас. Полистать старые газеты и журналы, «Известия», «Комсомольскую Правду», «Технику — молодёжи». И только потом браться за святая святых. За художественную литературу. Поэзию и прозу. Поэзия сегодня, в России две тысячи четырнадцатого года, феномен особый, но вот прозу, прозу можно сравнивать смело. Берёшь роман этого года, берёшь тридцать восьмого. И сравниваешь. Ищешь двенадцать различий. Со стороны простое дело, даже не дело, а забава: лежи себе на диване да переворачивай страницы хоть пальчиком, хоть кнопочкой.

Но — попробуйте сами.

Впрочем, нет таких крепостей, которые не одолел бы настойчивый читатель.

Вслед за книгами о наших современниках, волшебным образом попавших в недавнее прошлое и перекроивших по модным лекалам новую и новейшую историю вместе с политической и экономической географией, перешёл я к романам, созданным в двадцатые и тридцатые годы прошлого столетия. В которых герои тоже всё меняли, но уже не в прошедшем времени, а во времени настоящем. Что, согласитесь, потруднее. Одно дело нашему современнику подсказать товарищу Сталину, что двадцать второго июня ровно в четыре часа будут бомбить Киев (чем сведения о первой неделе войны у обыкновенного гражданина исчерпываются наполовину), совсем другое — сделать то же самое в мае тридцать девятого человеку, не искушённому в пространственно-временных перемещениях. Сама мысль, что можно что-то подсказать Тому, Кто Сидит В Кремле (ТКСВК), просто не приходила в голову авторам, публиковавшимся в тридцатые годы. Вот наоборот — это сколько угодно: мудрые наркомы, которым выпало счастье видеть и слышать ТКСВК, сами кого хочешь предупредят, укажут вероятное направление удара, намекнут, как лучше рыть окопы и в какой цвет следует выкрасить лучший в мире танк. С другой стороны, современный хронобродяга тоже быстро начинает понимать, что мудрые наркомы, тем более ТКСВК, прекрасно знают, что, где и когда, и подключают его, хронобродягу, к важному делу не сколько из нужды, сколько из человеколюбия: пусть почувствует себя полезной единицей.

В этом отношении романы старые ничуть не уступают новейшим произведениям. Уровень владения словом? Не хуже, чем сегодня. Построение сюжета? Тоже не хуже.

Мотивация поведения? Тут у авторов прошлого века явная фора.

В героях положительных всякий пионер или комсомолец должен узнавать себя. Или стараться хоть чем-то походить на них.

То, что герой из двадцать первого века делает поневоле («Поскользнулся, упал, потерял сознание, очнулся — май сорок первого, в карманах ни паспорта, ни денег, вот и пришлось идти к товарищу Берии»), человек тридцать девятого года совершает исключительно по велению натуры. Не может он поступить иначе. Поработать ударно в выходной? С песней! Послушать после смены лекцию о международном положении? Всей бригадой! Выявить вредителя? Вот списочек!

В каждом фантастическом романе той поры писали о каком-нибудь изобретении. На строго научной основе. Никакой мистики; мистика — мишура, ложный след, дурман. Наши изобретения рождаются из материалистического понимания мира, потому они на голову превосходят потуги заграницы. Часто это изобретение двойного назначения. В СССР оно позволяет добиваться стопудовых, нет, двухсотпудовых урожаев. Но враги, украв чертежи у растяпы-изобретателя, приспосабливают молекулярный рекомбинатор для злодейских дел — к примеру, превращая пшеницу в пырей, а овец и коров в упырей, добавляют в масло песок, а в хлеб — гайки, чтобы затруднить жизнь заграничных рабочих и беднейших слоёв крестьянства.

В романе обязательно присутствует шпионское гнездо. Костяк шпионов составляют недобитые белогвардейцы, графы да бароны. Их пособниками становятся изнеженные слабовольные люди, готовые ради личного блага вроде бритвы «Жиллет» или пузырька французских духов сначала рассказать заводскую сплетню, потом вынести копировальную бумагу из кабинета машинистки, а под конец и установить бомбу под несущую опору нового цеха по производству автоматизированных доильных агрегатов. Сами графы да бароны тоже не более чем прислужники акул мирового капитала, но пока о том не ведают. Лишь в последний момент, когда враг бежит, графов и баронов сбрасывают с кораблей, автомобилей и дирижаблей, как отработанный балласт.

Что любопытно: в реальности в СССР за шпионаж и вредительство казнят и маршалов, и наркомов, но книжные шпионы всегда беспартийные и редко достигают должности выше кладовщика, товароведа, инженера второй руки или доцента-начётчика. Более того, они все давно под колпаком у ЧК и служат лишь наживкой для заокеанских эмиссаров.

Но главное в романах другое. Типичный фантастический роман тридцатых годов есть роман о неизбежной победоносной войне, которая приведёт к гибели капитализма и, соответственно, к победе коммунизма во главе с ТКСВК. Возникнет война вследствие исторической неизбежности и внезапного злодейского нападения мирового фашизма. Так проще. Не в силах противопоставить хоть что-нибудь мирному созидательному труду, враг надеется сломить нас силой. Потому иного выбора, кроме полного уничтожения врага, нам не остаётся.

Ничтоже сумняшеся враги пытаются запугать нас прыгающими танками, смертоносными газами и сеющими смерть (буквально! из семян вырастает такое!) прифронтовыми бомбардировщиками. Не выйдет! У нас на каждом запасном пути по бронепоезду, а запасных путей — до горизонта и дальше. Кроме того, растяпистый изобретатель, овладевший наконец азами бдительности, настолько улучшает своё изобретение, что и газы, и прыгающие танки превращаются в безвредный порошок, сырьё для перерабатываемой промышленности. Пролетариат зарубежных стран, привыкший по утрам поворачиваться лицом к Москве и беззвучно шептать имя ТКСВК (правда-правда, читал и такое), при звуках канонады свергает власть помещиков и капиталистов, девушки цветами встречают освободителей, и семья братских стран пополняется новыми братьями и сёстрами. Само собой, младшими.

В итоге всякому прочитавшему книгу (а лучше — три или четыре) становилось ясно: война, во-первых, неизбежна, во-вторых, для храброго и умелого бойца она есть ристалище для совершения подвигов, в-третьих, длиться война будет считаные дни, если не часы, в-четвёртых, мы, освободив братьев по классу, совершим чрезвычайно благородное дело, в-пятых, война приведёт к тому, что наша жизнь станет ещё лучше и ещё веселее.

Нужно помнить, что чтение в те годы считалось полезным времяпрепровождением и всячески поощрялось, что авторитет печатного слова был почти непререкаем — и даже писатель-приключенец в глазах пионера или молодого комсомольца являлся пророком.

Всё это хотелось бы рассматривать лишь как маленький экскурс в историю развлекательной литературы, если бы не...

Если бы не прочтение наново, уже со знанием основ, десятков романов в жанре «альтернативной истории». За хроноперемещениями с зашитыми за подкладку чертежами АК-47 и микрофишами «Истории Великой Отечественной войны» (некоторые берут с собой сразу планшетник, но это, пожалуй, перебор) проглядывает старая мысль: война — не такая страшная штука. Если мы, простые парни, смогли разбить Наполеона к ноябрю восемьсот двенадцатого, кайзера — к декабрю четырнадцатого и Гитлера — к августу сорок второго (да, пришлось повозиться), то нынешних гнилых извращенцев спишем за неделю или две. Стоит лишь узнать наверное время и направление главного удара, воодушевить и сплотить вокруг ТКСВК народ, да припасти пару–тройку козырей в рукаве — мыслестиратель «Гипнос», аппарат биорезонансного восстановления «Лазарь» или многоразовую универсальную (против танков, самолётов и живой силы противника) гранату «Перун Неразменный». И тогда наши противники, то есть все страны мира, ужаснутся, восхитятся, покорятся и возлюбят нас на веки вечные.

## Окончательный диагноз биткойна, или Что общего между пиастром ЛГБТ и кольцом Саурона?

Автор: Сергей Голубицкий

10 февраля 2014

Мне бы хотелось, чтобы по ходу раскрытия сегодняшней темы читатели постоянно держали в голове два свежих события.

Событие №1: утром 9 февраля Mt.Gox, крупнейшая биржа для торгов биткойнами, была вынуждена приостановить выведение цифровой валюты с площадки по причине ажиотажного спроса. Торги при этом продолжились, в результате чего котировка биткойна обвалилась на 25%.

Событие №2: тремя днями ранее (6 февраля) Генеральная прокуратура РФ по результатам заседания экспертной группы при участии представителей Центробанка, ФСБ и МВД пришла к выводу, что любая криптовалюта (в том числе и биткойн), будучи потенциальным инструментом для отмывания денег и легализации полученных преступным путём доходов, претендует на роль альтернативного средства денежного обращения, что согласно российскому законодательству является преступлением (потому как единственной официальной и разрешённой к обращению валютой выступает рубль).

Забегая вперёд, скажу, что связи между этими событиями нет никакой, однако же они замечательно дополняют — каждое по-своему! — общую картину. Картину, которую собираюсь вам сейчас представить.

За биткойном я слежу с того момента, как это явление из маргинального недоразумения буквально на ровном месте превратилось во влиятельный фактор мирового информационного поля. Свои промежуточные выводы я отразил в статье «Биткойн: золото 2.0? Модный симулякр!», опубликованной в декабрьском номере «Бизнес-журнала». Вывод о том, что биткойн являет собой не что иное, как мистификацию, в которой отсутствует даже намёк на какую-либо внутреннюю ценность (что автоматически делает все претензии на роль «валюты будущего» смехотворной в рамках вменяемой экономики), я сделал, основываясь на анализе самых актуальных на момент написания событий: ареста Росса Ульбрихта, отца самой одиозной торговой площадки, принимающей биткойны, — Silk Road, и неожиданно мягкого вердикта, который вынес биткойну американский сенат после слушаний, посвящённых «потенциальным рискам, угрозам и обещаниям виртуальных валют».

Ключевым моментом осеннего витка интриги вокруг биткойна стала оценка сенатом любой виртуальной валюты в качестве «легитимной финансовой услуги», причём независимо от того, является ли она централизованной или нет. Соответственно, сенат отказался оказывать государственное давление на развитие криптовалюты и тем самым косвенно дал зелёный свет дальнейшим спекуляциям на биржах вроде Mt.Gox.

Осенью мне казалось, что спокойное отношение американских властей к биткойну определяется безобидностью и беззубостью криптовалюты: «Народные избранники поняли главное: у биткойна, совмещающего в себе обменную функцию со спекулятивными биржевыми играми, нет ни малейшего шанса на превращение в деньги. Дело даже не в том, что идеальные деньги обязаны исключать инвестиционную составляющую в принципе (как это происходит во Freigeld Сильвио Гезеля), а в том, что ни один вменяемый предприниматель не согласится обменивать свой товар и продукт на “деньги”, которые утром стоят 900 долларов за единицу, а вечером — только 200. Стоило сенату убедиться, что биткойн не представляет ни малейшей угрозы святая святых — монополии Федерального резерва на печать денежных знаков, — законодатели тут же озаботились извлечением дополнительного профита. В самом деле: зачем душить курицу, которая приносит удивительные яйца! Хватаешь какого-нибудь очередного Росса Ульбрихта, конфискуешь у него в свою пользу “цифровых игрушек” на 16 миллионов долларов, а эти игрушки вместо того, чтобы обесцениться, только подрастают в цене!»

Прошло всего пару месяцев, но как же радикально изменилась ситуация с биткойном! До того изменилась, что от моих осенних выводов не осталось мокрого места, хотя в оправдание и могу сказать, что картина, открывшаяся нам в самое последнее время, вносила не качественную, а количественную коррективу: биткойн — это не случайный симулякр, вошедший в моду по капризу киберанархистов, а симулякр рукотворный и, судя по всему, сознательно запущенный в оборот теми, кто давно уже контролирует мировую финансовую систему.

Через несколько минут я раскрою читателям фактографию, подвигнувшую меня на коррекцию оценки биткойна, однако сначала хочу обратить внимание на чисто онтологическое обоснование целенаправленного вброса «криптовалюты» теми, с кем эта «криптовалюта» якобы призвана бороться.

В качестве аналогии предлагаю тот самый пиастр ЛГБТ, который вырос на волшебном дереве в Поле Чудес буквально за ночь. Отсчитайте лет 8 назад и скажите, кто в здравом уме и рассудке был озабочен проблемой «социального угнетения сексуальных меньшинств»? Никто! Ни один вменяемый политик, ни одно мейнстримное СМИ, ни одно государство! Если бы в 2005 году нам сказали, что через несколько лет ВСЕ западные демократии, одна за другой, как по команде, изменят законодательство и легализуют содомию, человечество зашлось бы от хохота. Включая тех самых политиков, которые это законодательство послушно и поменяли.

Сегодня мы уже знаем наверняка, что чудеса в мире случаются. Хотя, скорее всего, никогда и не узнаем, в каких небесных канцеляриях была дана невидимая и неслышимая команда о легализации однополых браков. Тем не менее факт остаётся фактом: вчера проблемы не существовало, а сегодня — не только возникла, но и молниеносно была разрешена! Люди даже глазом не успели моргнуть, как уже очутились в совершенно другом обществе.

Возвращаемся теперь к биткойну. «Криптовалюту» запустили в оборот 4 февраля 2009 года. Полных четыре года о её существовании знала пригоршня маргинальных фриков и киберпанков, которые варились в собственном соку и, наверное, продолжали бы вариться и сегодня, если бы что-то где-то не щёлкнуло… и — бац! Ровно год назад (в феврале 2013-го) мировые СМИ словно с катушек съехали: биткойн совершенно грубо, нагло и беспардонно захватил первые страницы крупнейших изданий — в Америке, Европе, Азии, России! Всюду и везде!

Проходит несколько месяцев, но истерия вокруг этого недоразумения вовсе не собирается утихать! Да что там СМИ, теперь к теме биткойна подключаются сначала мейнстримный бизнес, а затем и политики! Все только и делают, что обсуждают «проблему валюты будущего»: одни — предостерегают от бешеной волатильности биткойна на бирже, другие — в диком восторге рассказывают о том, как купили вчера чудо-инструмент за $1, а сегодня он стоит уже $1 000!

Минувшей осенью к истерии подключились сначала «органы» (арест Ульбрихта и конфискация всех его биткойнов), затем политики (слушания в сенате). 2014 год принёс нам совершенно головокружительное развитие событий.

Помните, как нам рассказывали, что ни один вменяемый и уважающий себя бизнес не станет принимать биткойны в качестве оплаты за свои товары и услуги? Помните? Ведь это было совсем недавно — ещё осенью? Знаете, как дела обстоят сегодня? Биткойны уже принимают — держитесь крепко! — Reddit, Virgin Galactic, Overstock.com, OKCupid, CheapAir.com и Gyft.com!

Знаете, что такое Gyft.com? Это контора, продающая (теперь в том числе и за биткойны) подарочные сертификаты (Gift Card), которые, в свою очередь, принимают Amazon, Barnes & Noble, Crate & Barrel, Target, Sears, CVS, Hyatt Hotels, Kohl’s, Burger King, Applebees, Victoria’s Secret, Land’s End, Facebook, Groupon, Banana Republic, the Gap, кинотеатры AMC и Fandango, Whole Foods, Wine.com, Wine Enthusiast, Papa John’s, Nike, Adidas, Sephora, Sports Authority, Staples, Zales jewelry, Game Stop, FTD flowers, Zappos!!! Практически весь цвет коммерческого интернета Америки!

Но это пока только цветочки. В декабре 2013 года Banc of America опубликовал результаты собственного исследования биткойнов, главным выводом которого стало следующее: «Биткойн в качестве обменного инструмента обладает однозначно высоким потенциалом для роста».

Тогда же JP Morgan обратился в патентное бюро США с заявлением о регистрации собственной «виртуальной наличности», которая один в один напоминает биткойн.

К этому времени «добро» биткойну (после благословения сената) уже дали и Министерство юстиции США, и Министерство государственной безопасности, и ФБР, и Федеральный резерв!

Фантастика, не правда ли? Ещё вчера все пугали страшилками об угрозах «отмывания доходов международным терроризмом» (а российская прокуратура – видимо, по инерции — продолжает пугать и поныне), а сегодня и крупнейшие банки, и правительственные структуры, и рядовой бизнес дружно интегрировались в систему биткойна. Как такое возможно?

Сегодня я полностью разделяю гипотезу, согласно которой биткойн придумал и запустил в оборот не мифический «японский хакер» (которого в глаза никто никогда не видел и который исчез со всех радаров почти сразу же после первой эмиссии криптовалюты), а те самые Большие Деньги (в инкарнации Федерального резерва и его таких неведомых и одновременно всем так хорошо известных акционеров), которым андерграунд-панк-анархо-пиратско-крипто-валюта биткойн несёт якобы смертельную угрозу.

Лично для меня всех этих «неожиданных совпадений» достаточно, чтобы поверить в тесные родственные связи биткойна и пиастра ЛГБТ (равно как и в близость «криптовалюты» к кольцу Саурона!). В свою очередь, читателей-скептиков приглашаю ознакомиться с блестящим теоретическим (с позиций экономической науки) обоснованием гипотезы о биткойне как креатуре Центробанков, которое дала Изабелла Каминская в своём блоге на портале клуба Financial Times Alphaville. За барышней я давно слежу с восхищением (см. мой пост в НДС «Цивилизованыне формы Исполнительного Приказа №6102»), поэтому за качество её аргументов отвечаю.

## Так зачем DARPA открывает всему свету закрома инноваций?

Автор: Михаил Ваннах

10 февраля 2014

Скажите, с чем соотносятся у вас военные разработки? У автора этих строк — прежде всего с секретностью, с чеканными формулами Присяги: «строго хранить военную и государственную тайну…». И ещё более тайными были те разработки, которые не успели ещё попасть в строевые части. Но сейчас мы видим небывалый случай: DARPA, Агентство перспективных оборонных разработок, выложило в открытый доступ каталог общедоступных проектов с открытым кодом, да ещё — под открытыми лицензиями! Что случилось? Неужели оборонное агентство США впало в патологический пацифизм?

Прежде всего посмотрим, что же это такое — Открытый каталог DARPA (Open Catalog). Вы можете найти его по приведённой выше ссылке и посмотреть на представленные там проекты. Их исходные коды выложены на ресурсе GitHub под свободными лицензиями различных сортов: ALv2, BSD, GPL, GPLv3, LGPL, MIT… И относятся эти проекты к самым интересным и перспективным направлениям нынешних информационных технологий. Всех тех, о которых изо дня в день пишет «Компьютерра» и которые преображают современный мир.

DARPA оплатило много разработок в Big Data — но для военных нужд. Зачем же им делиться знаниями со всем светом?

Если идти по алфавиту, что там у нас впереди — «большие данные»? В Открытом каталоге мы видим созданную фирмой Continuum Analytics библиотеку для интерактивной визуализации «больших данных» Bokeh. Написана она на языке Python и позволяет, работая на современных сетевых архитектурах, решать для «тонких» клиентов задачи простого и «элегантного» отображения больших объёмов данных. Действительно, какой смысл в их накоплении, если они не будут наглядно отображены? (Хочется ещё отметить, как изящно разработчики назвали библиотеку — японское «боке», художественное размытие фона, стараниями маркетологов фотофирм известно ныне всем…)

Такая дружелюбная библиотека, строящая наглядные графики — результат серьёзных оборонных разработок.

Есть среди разработчиков проектов, представленных в Открытом каталоге, и сверхгигантские военные подрядчики вроде Boeing — для них создана библиотека для построения масштабируемых байесовых сетей SMILE-WIDE. «Широкая улыбка» обеспечивает разработчикам, которым может понадобиться массовая байесовская обработка (а скажите, в какой сфере применений ИТ она нынче может не понадобиться?) простой и удобный API-интерфейс, похожий на существующий API SMILE, но способный исполнять векторные операции за счёт того, что под интерфейсом прячется распределённая реализация на Hadoop. «Исходники» можно увидеть здесь.

Так что даже два первых приложения, на которые мы взглянули, пригодны и полезны не только для «больших данных», но и для облачных вычислений, для умных машин, для нового обличья Всемирной паутины… А там ещё есть интересная Numba — оптимизирующий компилятор с открытым кодом для Python, разработанный и поддерживаемый также Continuum Analytics, Inc., доступный под лицензией BSD, и масса другого интересного софта. И все это сейчас доступно любому! Немножко странно, да?

Особенно учитывая, что создавались представленные в Открытом каталоге проекты по программе XDATA — которую Агентство перспективных оборонных разработок реализует в процессе создания более эффективных информационных систем для проектируемого вооружения. Именно для военных нужд были изначально созданы те средства работы с «большими», «несовершенными» и «неполными» данными (large, imperfect and incomplete data); те масштабируемые библиотеки визуализации и статистической обработки, которые ныне выложены под открытыми лицензиями.

Немножко необычно, да? Ведь общепринято считать, что подавляющая доля стоимости современных систем оружия приходится именно на его вычислительные системы и программное обеспечение. И о том, что Китай ведёт активную разведывательную деятельность в США, тамошняя пресса начинает писать, как только кончается очередная порция разоблачений Сноудена («Exposing China's cyber espionage campaign hasn't lessened scope, US says»). То есть то, что старались украсть и сетевые ниндзя, и традиционные внедрённые агенты, выкладывается на общее обозрение…

Не является ли это аналогом того, что было бы, окажись вдруг году в 1943-м в печати данные Манхэттенского проекта о том, что уран-графитные реакторы вполне пригодны для наработки плутония? Ведь такие сведения весьма пригодились бы герру Гейзенбергу и той команде, что трудилась в «Вирусном флигеле»; в антифашистской ориентации немецких учёных нет нужды сомневаться, как и в том, что искренними антифашистами они стали 10 мая 1945 года, если считать время по нашему…

В поисках ответа на этот вопрос обратимся к официальному пресс-релизу DARPA («DARPA OPEN CATALOG MAKES AGENCY-SPONSORED SOFTWARE AND PUBLICATIONS AVAILABLE TO ALL»). И вот тут-то мы видим абсолютно прагматичный ответ на сформулированные выше возникающие вопросы. Дело в том, что публикация открытого каталога разработок, выполненных на средства DARPA, явилась непременным условием того, что от инвестированных в эти разработки средств будет полноценная отдача! Именно этого потребовало само сообщество R & D, к которому DARPA и прислушалось.

Дело в том, что — как указывается в пресс-релизе — многие программы исследований и разработки, оплачиваемые Пентагоном и другими правительственными ведомствами США, давно уже содержат требование представлять по завершении работ программное обеспечение с открытым кодом. Прежде всего именно такое программное обеспечение лучше всего поддаётся верификации, его можно проверить как на предмет того, насколько успешно оно решает возложенные на него задачи и не исполняет ли чего-то ненужного (те самые пресловутые «закладки»).

Кроме того, Пентагон — подрядчик гигантский, на него работает масса фирм и масса временных научных коллективов, преимущественно в университетах (взгляните на состав разработчиков, представленный в Открытом каталоге), роль которых в военно-промышленном комплексе США чрезвычайно велика, начиная с тех времён, как Энрико Ферми собирал свой первый реактор под трибуной теннисного корта. И вот эти весьма динамичные коллективы должны иметь возможность использовать в своих разработках те результаты, которые получены их заказчиком, государством США.

В принципе, задача может решаться и в рамках «несвободных» моделей кода. Ведь собственник-то у всего этого один. Создай правительственные «закрытые» библиотеки и допускай туда работающих по правительственным контрактам… Но прецедент этому был — звался он Советский Союз, и всё в нём было общенародное, а реально — государственное. И уж, казалось бы, там-то взаимодействие тех, кто работал по оборонным контрактам, обеспечивалось легко… Ага, ждите! Добыть что-то для КБ Миноборонпрома из недр Минавиапрома было потруднее, чем получить буржуйскую разработку.

Про железку Локхида можно было написать запрос разведке — и с ненулевой вероятностью в обозримые сроки притаскивали и образец, и кое-какую документацию. А получить что-то от соседей по «девятке» было невозможно, несмотря на решения-постановления всяких там ВПК и ЦК с СМ. Приходилось прибегать к сложной дипломатии и бартеру по схеме — пакет аэродинамических программ в обмен на «жидкость для протирки оптических плоскостей», разлитую по десятилитровым канистрам из белой нержавейки… И считать, что у янки могло бы быть по-другому, — наивно: люди есть люди.

И поэтому DARPA пошло на то, что созданный в результате оборонных исследований код выложен в открытый доступ. Так с этим кодом будет проще организовать совместную работу, перенос данных в другие подотрасли. Так проще организовать оценку эффективности и выявление уязвимостей кода. Ну а доступность этого кода гражданским специалистам — начиная со студенческой скамьи — позволит резко увеличить количество разработчиков, способных взяться за правительственный проект большого объёма. Вот непосредственная польза для конкретных задач  DARPA.

А есть ещё и опосредованная, но такая, что перевешивает всю пользу от профильных задач. Она возникает в ходе переноса разработок DARPA в гражданскую сферу. В общем-то оборонные разработки этого агентства малополезны. СССР не собирался нападать на США, марксистская доктрина рассматривала янки как потенциальных строителей коммунизма, хлопкоробов Луизианы, которые должны радовать Вашингтонский обком высокими урожаями. А Уолл-стрит русские были нужны не в виде обугленных радиоактивных трупов, а как потребители колы, бургеров и вызывающих мысль о нежных руках дантиста шоколадок с начинкой…

Юный компьютерщик мог создать Facebook с капитализацией в $163 999 456 060 лишь благодаря тому, что DARPA создало Сеть.

А вот интернет — побочный результат разработок DARPA — преобразовал мир. Мы с вами, уважаемые читатели, можем общаться только благодаря тому, что всемирная сеть существует… А уж выгоды, которые от интернет-экономики получили фирмы США, с трудом поддаются количественному исчислению. (Ну вот берутся пара гребцов, ботаник-программист, лихой финансист — и в результате один «Фейсбук» по цене равен полутора «Газпромам»…) И теперь DARPA ждёт ещё большего эффекта от применения его разработок в области Индустриализации 2.0 («Промышленное производство возвращается в Соединённые Штаты»), внедрения «умных» машин, гибких технологических систем…

Ну а оснований бояться конкуренции с другими странами у американцев, видимо, нет. Это ядерный проект можно было воспроизвести концентрацией ресурсов под жёстким административным управлением. Нынешняя сетевая экономика может быть построена лишь свободной инициативой большого числа рыночно взаимодействующих людей. А критическая масса разработчиков и инновационных предпринимателей существует пока только в США. Ну а мы сможем изменить своё положение к лучшему лишь путём терпеливого накопления массы знаний и инновационных бизнесов, в чем и может помочь Открытый каталог, который стоит посмотреть всем, кто работает в ИТ!

## От «Фитбита» до медкарты: как заставить персональные данные работать на себя

Автор: Леха Андреев

11 февраля 2014

В комментариях к моей предыдущей колонке один из читателей назвал «непостижимой» идею о том, чтобы ожидать каких-то «исследований» от компании Mail.Ru, руководство которой ассоциируется у него с продавцами китайских носков. Это типичное отношение продвинутых интернетчиков к сервисам Mail.Ru находится в удивительном контрасте с бэкграундом человека, создавшего данную компанию. Юрий Мильнер родился в семье учёного-экономиста, окончил физфак МГУ, а потом занимался научной работой в Физическом институте РАН под руководством будущего нобелевского лауреата. Если от таких людей не ждать научного подхода к массивам персональных данных — от кого же ждать?

Загадка решается просто. Если мы не видим исследований, это ещё не значит, что их не проводят. Просто их невыгодно афишировать. Пользователи «бесплатного» интернета расплачиваются за халяву именно своими персональными данными – но это работает без проблем лишь до тех пор, пока большинство не понимает теряемой ценности. А вот если начать показывать, какие удивительные картинки можно собрать из всех этих личных записей, поисковых запросов, статусов, чекинов и таймстемпов, тогда широкая публика волей-неволей задумается: а не грабят ли меня?

Рунет находится пока в Средневековье: ограбляемые молчат, а грабители не дают им лишнего повода к осознанию масштабов грабежа. Поэтому давайте расстанемся со скрытными физиками Mail.Ru и посмотрим, как решают проблему на Западе. Вообще, есть несколько вариантов, но попугайские СМИ освещают лишь две самые инфантильные схемы. Вариант А: «Ужас-ужас, мы все под колпаком АНБ!» Вариант Б: «Чмоки-чмоки, компания “Гугл” самая белая и пушистая!» Видите, в обоих случаях предполагается, что собиратель данных — такой могучий папа, а пользователи — малохольные детки.

Однако кое-где стали уже вызревать решения, которые предлагают взаимовыгодные отношения сервисов и клиентов в использовании персональной информации. На этой волне некоторые компании дошли то того, что стали показывать клиентам те самые картинки, которые можно добыть из их личных данных. Например, прошлым летом открылась персональная аналитика для пользователей «Твиттера», которая показывает самые популярные записи пользователя, а также каналы их распространения (кто ретвитнул). А у сервиса Foursquare тем временем появилась Time Machine: визуализация всех мест, где чекинился пользователь. Даже по такой простенькой карте можно узнать много интересного о собственных геолокационных привычках.

Изучить кластеры своих френдов из сети Facebook позволяет сервис Wolfram Alpha Personal Analytics: можно узнать, например, свои наиболее значимые контакты в отдельных группах (учёба, работа и др.), а также понаблюдать, как меняется граф отношений с годами. Аналогичное исследование своих социальных и деловых связей на основе личной переписки из Gmail, Yahoo или MS Exchange вы можете провести через проект Immersion, который запустили в MIT Media Lab. С помощью этой программы одни люди обнаружили, что зациклились в своей жизни на одном человеке, а другие, наоборот, с удивлением узнали, что делятся довольно интимной информацией с множеством посторонних.

Последние примеры подсказывают более продвинутый тренд — появление самостоятельных сервисов персональной статистики, которые принципиально развёрнуты «лицом к пользователю», а не являются мелкими подачками со стороны социальных сетей. На прошлой неделе вышло приложение Reporter App, созданное по заказу Николаса Фелтона. Сейчас Фелтон более всего известен как разработчик Facebook Timeline, но попал он туда благодаря своему проекту Feltron Annual Report. Это визуализация разнообразных личных «достижений года» самого Фелтона: сколько чего съел, сколько проехал на разном транспорте, где чаще всего бывал, с кем общался. Из этих отчётов можно узнать, например, что в 2011 году Николас во время встреч со своей девушкой Ольгой 78 раз пил красное вино, 30 раз — шампанское и 22 раза — «кровавую Мэри».

Многие данные Фелтона собираются автоматически, с помощью разных сенсоров: например, шаги считает FitBit, он же может фиксировать время сна и некоторые другие двигательные активности. Но значительную часть отчётов составляют «ручные» заметки (FitBit пока не может различить, какие коктейли ты пил с Ольгой, а какие — с Машей). Однако с 2012 года Николас систематизировал и такой сбор данных. Для этого он стал использовать мобильное приложение Reporter, которое активизируется каждые 90 минут, записывает координаты пользователя и задаёт ему вопросы типа «Где ты? Что делаешь? Как настроение? Кто с тобой рядом?». Это позволило, например, узнать, что за 2012 год Фелтон выдул 1 484 стакана воды. Ну а теперь приложение Reporter c расширенными возможностями может поставить себе каждый желающий. Есть у Фелтона и онлайновая версия «книги учёта жизни» — сервис Daytum.

В целом я скептически отношусь к подобным играм — по двум причинам. Во-первых, даже помогая нам анализировать наши привычки, они льют воду на мельницу «всеобщей открытости», отбивая привычку к элементарным правилам безопасности. Ведь сами персональные данные по-прежнему остаются на хранении у «чужого дяди», который может извлекать из них гораздо больше выводов, чем показывает пользователю. Чисто технически социальные сети могли открыть вышеупомянутые сервисы персональной аналитики много лет назад; но они стали делать это лишь в прошлом году, когда скандалы о персональных данных достигли пика в виде «Призмы», — так что понадобилось срочно задобрить пользователей, чтобы им снова захотелось отдавать свои данные «дяде».

Вторая причина скепсиса — квантовая социомеханика: сам процесс сбора данных может серьёзно влиять на предмет исследования. Детально записывая все стаканы, выпитые с Ольгой, ты рискуешь расстаться с этой Ольгой, поскольку она рассчитывает на повышенное внимание к себе, а не к приложению в «Айфоне». Да что там говорить: у меня лично было несколько случаев, когда моя жена предлагала прогуляться пешком вместо транспорта, и только пройдя вместе с ней минут сорок по холоду и дождю, я вспоминал: блин, у неё же FitBit, ей просто нужна лишняя тысяча шагов для рейтинга!

С другой стороны, если человек начинает больше гулять благодаря такой игре, это же хорошо для здоровья. Отсюда можно сформулировать правильный и практичный «принцип неопределённости»: исследованию можно разрешить влиять на предмет исследования, если влияние в целом полезное. Похожий принцип существует в медицине: лекарства с негативными побочными эффектами прописывают лишь в тех случаях, когда риск последствий болезни явно превышает риск побочных эффектов лекарства. И эти принципы подсказывают, где на самом деле будут востребованы сервисы персональной статистики. Там, где у людей есть серьёзные проблемы, а не просто любопытство в отношении количества выпитых стаканов.

В прошлом году один старый приятель рассказал мне, что у него болеет мама — и в её лечении особенно раздражает необходимость снова делать все анализы, если идёшь к другому врачу. Приятель мой недоумевал, почему в XXI веке никто не додумался создать интернет-сервис хранения всей истории болезней человека, со всеми анализами, диагнозами и назначениями — чтобы любому новому врачу можно было легко продолжать лечение, а не начинать всё сначала. Ну допустим, электронные госуслуги пошли на распил. Но почему частные ИТ-компании не делают такой востребованный сервис?

Я рассказал, почему. Говорил про отсутствие единых протоколов, про сомнительную безопасность «облаков», про законы о персональных данных и даже про то, что в современной медицине тоже работают принципы рыночной конкуренции и огораживания, а вовсе не «Бог велел делиться (хотя бы данными)». Но пока я об этом рассказывал, до меня дошло, что решение-то есть. И придумали его те же прогрессивные люди, которые делают большинство полезных открытий в наше время. Я не раз писал об этих прогрессивных людях, объясняя коллегам, почему я не работаю в Говносколкове, а делаю сайты для молодых мамаш.

Представьте ситуацию: вы привели больного ребёнка в поликлинику, с трудом записавшись на приём к врачу, у которого уже расписан весь день. И вот вы ждёте около бойницы регистратуры, пока какая-то коза в белом халате ищет карточку вашего ребёнка. Эту толстую бумажную тетрадку, где записывают с рождения все истории болезней и анализов. Но время идёт, ваша очередь вот-вот пролетит — а карточки нет. То ли в другой ящик положили, то ли забыли в кабинете у предыдущего врача, то ли унесли на печать к заведующей, то ли вообще потеряли. Типичная ситуация, сам попадал не раз. Очень злит.

Так вот, многие современные мамы придумали, как с этим бороться: они просто уносят медкарту с собой домой. Ага, это категорически запрещено. Но это — тот самый сервис персональной аналитики, который нужен каждому человеку. Дома оно и сохранней будет, и к другому врачу можно пойти с этими записями, и даже через интернет консультацию получить. Да-да, я знаю, это ужас-ужас, когда через интернет лечатся. Тем не менее я видел, как люди получают вполне приличные медицинские консультации на forums.rusmedserv.com при условии, что они выполняют правила этих форумов. А в правилах как раз говорится, что вопрос не получит ответа, если не сопровождается результатами анализов и другими необходимыми персональным данными пациента.

Сейчас наши граждане собирают такие данные, вручную переписывая их из полученных от врачей бумажек. Но врачей-то уже перевели на компьютеры. А значит, наш самый востребованный сервис персональных данных может теперь выглядеть как обычная флешка, которую мы приносим с собой к каждому врачу и по окончании приёма с милой улыбкой говорим: «Скопируйте сюда, пожалуйста — а распечатать я и сам могу».

Конечно, они будут отказываться. И на этом месте может возникнуть интересная дискуссия о том, какой такой закон мешает гражданину получить доступ к его собственным персональным данным. Но это уже другая история. Для начала гражданину нужно хотя бы понять и запомнить, что эти данные — действительно его собственные.

## Как отечественная интернет-экономика меняет рынок труда?

Автор: Михаил Ваннах

11 февраля 2014

На днях государственное агентство «РИА Новости» опубликовало интересную новость: «Количество дистанционных рабочих мест, созданных в России участником проекта “Сколково” интернет-компанией Workle, к настоящему времени превысило 600 тысяч». Ну а в текущем, 2014 году Workle планирует привлечь миллион пользователей. Давайте попытаемся проанализировать эти цифры и понять — насколько и как отечественная интернет-экономика может преобразить рынок труда нашей страны.

Начинать анализ необходимо с того, насколько достоверны сами представленные цифры и, больше того, имеет ли место сам факт. Заглянув на сайт интернет-компании Workle, мы легко увидим, что ресурс существует, функционирует, и на текущий момент на нём зарегистрированы 648 239 онлайновых работников. Пробежавшись по форумам, мы увидим достаточное, вполне представительное для статистической обработки число отзывов и за данную интернет-компанию, и против неё. Но речь в любом случае идёт о реально функционирующей компании, работающий с реальными же организациями и людьми…

Нет оснований сомневаться и в данных из релизов: «Общая сумма налоговых отчислений и соцвзносов с доходов пользователей сервиса в 2013 году превысила 10 млн руб.». Ведь эти цифры взяты из документов строгой государственной отчётности, игры с которыми могут обернуться не только серьёзными финансовыми потерями, но и знакомством с Уголовным кодексом. За прошлый год к проекту присоединились более полумиллиона пользователей, и по итогам 2013-го совокупный оборот компаний-партнёров, полученный с помощью сервиса Workle, вырос в 5,5 раза — с 270 млн до 1,5 млрд руб.

Идея, положенная в основу бизнеса Workle, проста и наглядна. Человек, желающий заняться работой в Сети, регистрируется на сайте, определяет предпочитаемый вид деятельности, получает доступ к профильным учебным онлайн-курсам и, сочтя, что он достаточно подготовлен, выбирает себе одного из представленных на сайте онлайновых работодателей. А это — более сотни компаний России и Украины. Далее оформляется пакет официальных документов, на основании которых производится оплата, налогообложение и социальное страхование работника.

Ну а теперь попытаемся соотнести приведённые выше цифры со статистикой занятости в рамках нашей страны. К сожалению, исчерпывающие данные приведены на сайте Госкомстата лишь на конец лета 2010 года. Поэтому обратимся к высказываниям официальных лиц, опубликованным чуть раньше тем же РИА Новости. Согласно им, в стране 70 миллионов занятого населения, и к декабрю 2013 года по сравнению с декабрём 2012-го его численность сократилась на 632 тысячи человек, или на 0,9%, а число безработных увеличилось на 365 тысяч, или на 9,5%.

Выложившее фотографию генерального директора Workle Владимира Горбунова общество глухих надеется на социальный эффект проекта.

Там же приведены слова министра экономического развития Алексея Улюкаева о том, что количество безработных в России на фоне сокращения предприятиями издержек может увеличиться с нынешних 5,5% до 6%. Ну а Росстат, по предварительным итогам выборочного обследования населения по проблемам занятости на 1 января 2014 года, утверждает, что около 4,2 млн человек в РФ, или 5,6% экономически активного населения, классифицировались как безработные. Это, учитывая наше семидесятимиллионное трудоспособное население, куда благополучней, чем в Грециях-Испаниях, но самим безработным радости от этого мало…

Ну а теперь сопоставим две цифры. За 2013 год, вполне благополучный для экономики страны (высокие цены на продукты отечественного экспорта, прежде всего на углеводороды, вполне стабильный курс национальной валюты, стимулирующее действие государственных расходов, в том числе и «олимпийских»), народное хозяйство потеряло 632 тысячи (0,9%) рабочих мест… Но ведь один только сайт онлайнового работодателя привлёк за тот же период более полумиллиона человек.

То есть теоретически, «в пределе», заимствуя термин у математиков — одна-единственная онлайн-компания создавала сетевых вакансий в объёме 80% от исчезающих в стране традиционных, «офлайновых» рабочих мест. Впечатляющие результаты, не так ли? Правда, все это пока только в потенциале. До успехов североамериканских ИТ (вон, на вчерашних торгах Google обошла по капитализации нефтяников из Exxon Mobil, уступая лишь ребятам из Купертино) нам ещё очень и очень далеко, несмотря на благоприятные тенденции («Экспорт софта в 2013 году десятикратно обогнал экономику!»).

Но давайте посмотрим оптимистичнее: совсем новенькая фирма, стартап 2012 года, предоставляет возможность заработать на онлайн-рынке большему числу людей, чем потеряло в прошлом году работу в самой обширной по территории стране, государстве с более чем тысячелетней историей. Конечно — ключевое слово тут «возможность». Это всего лишь потенция, которую надлежит актуализировать. Но главное, что она есть! И решило ей воспользоваться большее число людей, чем составляет экономически активное население миллионника.

Отметим ещё одну радующую глаз особенность. Перед Олимпиадой «украинская тема» лидировала в СМИ. И накал страстей вокруг неё — ужасал. Услышишь на известном либеральном радио, как дама ненавидит Западную Украину, так от испуга чуть в столб не въедешь. Древние города Червонной Руси; русины, на которых Габсбурги отрабатывали геноцид ещё в Первую мировую; Львов с его математической школой — за что же дама так… А полистаешь германские газеты — украинская писательница, награждённая немецкой премией за гуманистическую направленность, рассказывает, как её подруга делает «коктейль Молотова» и носит протестующим. (Похоже, она не видела, как выглядят ожоговые келоиды...)

А вот предоставление реальной, хоть и офлайновой работы, гражданам России и Украины — это дело куда более человечное и полезное. Полезное людям обеих стран! Для российских фирм выход на украинский рынок должен быть приоритетной задачей: это же страна побольше многих европейских. Украинцам же доступ к отечественному рынку труда — несколько лучше оплачиваемому — также не будет лишним. (Все это актуально и в обратных направлениях…) И это вне зависимости от успеха политических ассоциаций-союзов, позволяет формировать взаимополезный рынок больших размеров!

Но, как мы и отметили выше, все это пока преимущественно потенции. На «стартовой страничке» Workle предлагает три вида деятельности — «Страхование», «Банковское дело» и «Туризм». Ну, в общем-то, все они соответствуют тенденциям постиндустриального развития. И видишь примеры успешного перехода этих отраслей в онлайн. Встречаешь однокурсника, руководившего крупной страховой компанией, и узнаешь, что он решил перейти в рантье и убыть в Болгарию, где жизнь дешевле. Новые владельцы решили избавиться от традиционных офлайновых структур, заменив их сетевой…

Да и владелица турфирмы жалуется, что бывшие клиенты научились покупать туры в Сети самостоятельно. Так что, действительно, тренд к замещению традиционной занятости сетевой имеет место… Другое дело, что, пробежавшись по страничкам наиболее успешных страховых и туристических агентов, мы обнаруживаем, что самые успешные из них, те, кто зарабатывает более сотни тысяч рублей, сосредоточены в Москве с окрестностями и Санкт-Петербурге. Роли концентрации материальных ресурсов в успешности ведения бизнеса никто не отменял…

Тем не менее, и в совсем малых городах люди зарабатывают на банковском обслуживании самых малых бизнесов, на продаже автомобильных страховок… Деньги — мелкие; соотнесите сумму уплаченных Workle налогов со ставками НДФЛ и соцстраха: не жирно на каждого получается… Но вот для молодой мамы с ребёнком, сидящей дома в маленьком городке, пара тысяч рублей, несмотря на их девальвацию, оказывается очень важной частью бюджета, возможностью заткнуть самые насущные дыры.

Ну а в больших городах услуги телеработы могут быть как приработком, так и прекрасным средством избавиться от транспортного кошмара, дорожных пробок, переполненных вагонов метро: вспомнишь о них — и мысль проведать столичных знакомых рассеивается… На фоне общей политкорректности Европы теряется одно действительно интересное проявление заботы о природе. Среди молодёжи с хорошим образование становится этичным не иметь автомобиля, работая преимущественно на дому и пользуясь общественным транспортом (не слишком дешёвым, но вполне удобным).

Вообще, «умным» городам, наверное, предстоит не только динамично регулировать графики работы светофоров, но и обеспечивать возможность трудиться на дому, подобно тому как от века и лавочник, и столяр работали в мастерских, совмещённых с их жилищами. Конечно, высокой оплаты те, кто потерял места на градообразующем предприятии, сразу не найдут и в Сети: и квалификации нет, и структура экономики не та… Но дорогу в будущее можно пройти, лишь идя по ней, пусть и малыми шагами!

## Невидимая революция Flow как ключ к пониманию проблем отечественной коммерции

Автор: Сергей Голубицкий

12 февраля 2014

В январе 2014 года Amazon анонсировала интеграцию технологии Flow в свою флагманскую программу для iOS, вызвав тем самым совершенно неожиданно бурную дискуссию вокруг как самой концепции, так и перспективности конкретного релиза. Прочитав несколько реплик, я пришёл к выводу, что люди явно ищут в неправильном направлении. Демарш Amazon к тому же дал мне подсказку для адекватного восприятия странных инициатив, которыми в последнее время одержимы российские законодатели, разруливающие стагнирующую экономику. Думаю, читателей мои наблюдения подвигнут на собственные конструктивные мысли.

Сначала о самой технологии. Генезис Flow весьма любопытен, поскольку Amazon шла к финальному решению довольно долго — целых четыре года. Все началось с того, что онлайн-гипермаркет Безоса купил в далёком 2009 году стартап SnapTell, который занимался разработкой программ для визуального поиска товаров. Технология SnapTell позволяла навести камеру на изображение книги, компакт-диска, коробку с компьютерной игрой, игрушку или пачку мюсли и тут же получить полезную информацию, к товару относящуюся: цену, краткое описание, а также рейтинг конкретной модели (бренда, марки и т. п.) у Amazon, eBay, Google и десятках других порталов, специализирующихся на потребительских рекомендациях.

Amazon потребовалось два года на переосмысление концепции SnapTell, после чего в AppStore появилось приложение под названием Flow Powered By Amazon, выпущенное компанией A9 Innovations. A9 — это выделенное в самостоятельное юридическое лицо подразделение Amazon, занимающееся поисковыми системами, а также рекламными и маркетинговыми технологиями.

Flow Powered By Amazon делал ровным счётом все то же, что и прототип SnapTell, с той лишь разницей, что программа умела читать баркоды UPC и QR, а также избавилась от всех «ненужностей» вроде рейтингов eBay и Google и добавила кнопку Buy Now (разумеется, купить на Амазоне :-) ).

Параллельно с Flow Powered By Amazon у компании было ещё два приложения, которые функционально пересекались с программой: Snap It, которая специализировалась на видеопоиске товаров, и Scan It, сканировавшая баркоды. Забавно, что Amazon не убрала их из App Store, оставив существовать параллельно с программой Flow Powered By Amazon, которая объединила функционал обеих.

И вот наконец — в январе 2014 года — наступил новый этап загадочной революции, которую тихой сапой пытается провернуть на рынке гигант сетевого ритейла: во флагманскую программу Amazon App, существующую, между прочим, с 2011 года, то есть с появления на рынке Flow Powered By Amazon, встроили технологию Flow, полностью замкнув все направления на одно «решение под ключ».

Надо сказать, что Flow в Amazon App усилили по функционалу и довели до совершенства: модуль видеопоиска теперь не только сканирует упаковку товара (как то было раньше), но и реагирует на логотипы, художественные элементы оформления, веб-адреса и номера телефонов изготовителя. В базе данных программы хранится информация о — буквально — миллионах разнообразных товаров, поэтому положительный результат наведения камеры смартфона на товар, лежащий на полке розничного магазина, гарантирован практически стопроцентно.

Есть, однако, у Flow в Amazon App ещё одна новая фича, из-за которой и разгорелись споры. Вы приходите в магазин, собираясь купить какой-то товар, наводите на него свой «Айфон», и через секунду Amazon App не просто выдаёт вам всю информацию по конкретному объекту в сопровождении кнопки Buy Now, но и проводит полный сравнительный анализ цен, сразу же указывая абсолютный (в долларах) и относительный (в процентах) выигрыш, который вы получаете, купив товар онлайн в «Амазоне», а не в том розничном магазине, где находитесь!

Фича эта совершенно убойная и, по свидетельству очевидцев, выдаёт временами настоящие сюрпризы — вроде экономии в 30% и даже более. Стоит ли говорить, что представители «живого» ритейла восприняли технологическую новинку Amazon с лютой ненавистью? Диапазон недовольства варьируется от оскорблений (программа для ленивых идиотов, которым лень даже вбивать на клавиатуре название товара!) до морально-этического стона («Амазон», предлагая потребителю, находящемуся уже в «живом» магазине, сравнение цен, которое почти во всех случаях будет не в пользу этого самого «живого» магазина, ведёт себя непристойно по отношению к товарищам по ремеслу).

Последний стон мне особенно понравился, потому как напомнил думское лоббирование российской «живой» розницы против онлайн-магазинов — что отечественных, что зарубежных. Правда, наши «уже вчерашние», в отличие от американских товарищей по несчастью, апеллировали ещё и к местной фенечке — патриотизму.

О какой же невидимой революции Amazon идёт речь? Любопытно, что многие аналитики ухватились за ценовую «компаративистику» модуля Flow, встроенного в новый релиз Amazon App, с совершенно неправильного боку: принялись рассуждать, какое число покупателей пожелает связываться с доставкой (пусть даже и утром следующего дня) ради выигрыша в несколько «жалких центов». По многим позициям разница цены в Amazon и «живой» рознице и в самом деле составляет $1–2, хотя много товаров (например, электроника от $50 и выше или дорогая профессиональная косметика и средства гигиены) позволяют экономить по-настоящему серьёзные деньги (те самые 30% от розничной цены), за которые 90% американских покупателей гарантированно удавятся и предпочтут — после сравнения цен в Amazon App — спокойно развернуться и уйти из «живого» магазина.

Все это, впрочем, совершенно не важно, потому что, на мой взгляд, эффект, произведённый новым Amazon App, — та самая невидимая революция! — лежит в совершенно иной плоскости. Дело в том, что «живая» розница больше не сможет спокойно продолжать эксплуатацию «клиентского неведения». Учитывая распространённость «Айфонов» в Соединённых Штатах (Amazon App для Android должен также появиться в ближайшее время), можно не сомневаться, что через пару месяцев массовый уход покупателей из «живых» магазинов без покупок обеспечен.

Как будет реагировать американская «живая» розница на диверсию «Амазона»? По примеру российских коллег — жаловаться в Белый дом или конгресс? Я вас умоляю: начнётся очередной виток ценовой войны! То есть «живая» розница будет вынуждена изыскивать возможность для повышения эффективности своей работы и снижения собственных цен — до тех самых $1–2 по сравнению с «Амазоном», которые теоретически заставят покупателей сделать всё же покупку в «живом» магазине, а не онлайн. Можете себе представить, как выгоден для рядовых потребителей такой сценарий развития событий после «диверсии» (революции?) Amazon? Вопрос риторический.

Возвращаемся теперь в Отечество. У меня складывается такое мнение, что в нём всё делается задом наперёд. Мало того что на Россию сегодня наползает какой-то жуткий экономический кризис, взявшийся ниоткуда и на ровном месте. Причём происходит это тогда, когда и вся Европа, и вся Америка из кризиса благополучно уже выходят. (Греции не понадобится третий долговой транш — можете такое представить?!) Так ещё и телодвижения, которые в нашей стране делаются ради улучшения экономической ситуации, напоминают какой-то театр абсурда: чего стоят все эти дикие меры, направленные на уничтожение онлайн-торговли! Этот бездарный протекционизм «родных» «живых» торгашей — за счёт удушения конкуренции в интернете, наложения драконовских таможенных пошлин и почтовых поборов! Что же это творится такое? Почему все непременно должно делаться задом наперёд, не как у нормальных людей? Как можно не понимать, что надлежит не душить розницу в интернете, а наоборот — всячески её поддерживать и стимулировать, потому что это единственный способ заставить «живую» розницу работать эффективно?

Ну да все эти мои возгласы совершенно бесполезны, аки глас вопиющего в пустыне: все до такой степени запущено (хотя бы: как «живая» розница может работать эффективно в принципе, если в стране существует несметное множество государственных поборов, обложений, налогов, акцизов, лицензионных ограничений и запретов?), что никакими полумерами (разрешение покупок в интернет-магазинах за рубежом или их косвенный запрет за счёт введения убийственного не облагаемого пошлиной потолка в 150 евро) ничего исправить не получится. Менять нужно всю экономическую систему в принципе, а не латать дыры думским лоббированием. Тем более — когда это лоббирование в 10 случаев из 10 делается во вред прогрессу и развитию свободной экономики.

## Тайный клуб миллиардеров и механизмы частного фаворитизма

Автор: Сергей Голубицкий

13 февраля 2014

Вообще-то сегодня я планировал рассказать только о «тайном клубе миллиардеров» — технологических компаниях, чья капитализация перевалила за $1 млрд, сумевших «сохранить девственность», то есть обойтись без добровольной продажи в рабство, публичного статуса и биржевого халоймеса.

Изучая, однако, список гордых счастливчиков, я вышел на столь неожиданные откровения, что было бы слишком расточительно комкать тему. На фоне новых идей «тайный клуб» увял до состояния трамплина для запуска под кожу читателя гораздо более фундаментальных идей, чем констатация завершения секулярной эпохи публичной капитализации как единственного пути для реально серьёзного плавания в море бизнеса.

Единственное, что может помешать моему амбициозному замыслу, — это нехватка времени и пространства. Ну да не беда: если окажется, что мы не укладываемся сегодня в регламент, спокойно доведём тему до конца уже в следующей колонке (завтра).

Начнём с «тайного клуба миллиардеров». Исходной янтрой для медитации служит публикация в The Wall Street Journal списка частных компаний, чья капитализация превысила $1 млрд. Иными словами, это тот бизнес, который прекрасно обошёлся без процедуры go public со всеми вытекающими из неё последствиями, убийственными для полноценного развития компании в будущем (зацикливание на сиюминутных показателях прибыли и роста доходности, бесконечные уловки и ухищрения для подгонки бухгалтерской отчётности под вкусы акционеров, война между «активистами-инвесторами» с улицы и отцами-основателями, война между правлением и руководством компании, и т. д., и т. п.).

Предлагаю проанализировать этот список, но не в плане восхищенного цоканья языком и завистливых придыханий, а на предмет типологизации впечатлений: давайте посмотрим, в какие области сегодня частные инвестиционные фонды предпочитают вкладывать серьёзные деньги.

Первое обобщение: верхняя часть списка, за исключением единичных компаний, представлена бизнесами, не достигшими даже пубертатного возраста. Компании-миллиардеры были учреждены в период с 2007 по 2012 год. Ниже по списку вы найдёте и реальных «старожилов» (вроде Mobileye, основанной в 1998 году, или Fanatics — из вообще допотопного 1995-го), однако своей засветкой в окружении миллиардеров они обязаны отнюдь не многолетнему опыту, а совершенно другому. Чему? Сейчас разберёмся.

Смотрим, каким бизнесом занимаются фавориты частных инвесторов (в скобках привожу доходного «конька» каждой компании):

— производство мобильных гаджетов: Xiaomi (реально сильные ТТХ, конкурирующие с корифеями отрасли, однако по демпинговым ценам), Woodman Labs (экстремальные портативные видеокамеры GoPro, способные снимать поток Full HD 60p, и при этом также по цене фотомыльниц);

— облачные технологии: Dropbox (пионер предоставления услуг массовому пользователю), Box (облака с акцентом на групповую работу сотрудников малого бизнеса);

— дата-майнинг и Big Data: Palantir (разработчик аналитического софта, пользующийся особой любовью АНБ и ФБР);

— розничная торговля в интернете: Jingdong (бросовые цены, гигантские обороты, один из фаворитов китайских домохозяек, привлекающей всеядным ассортиментом), Zalando (европейский фаворит дешёвой, однако же стильной одежды и обуви), Vancl (китайский монобренд одежды, очень популярной у молодёжи), Trendy Group (модная одежда онлайн для китайских стиляг);

— спутниковые коммуникации: SpaceX (учреждена Элоном Маском — и этим все сказано);

— сервисы онлайн: Spotify (шведское бельмо в глазу Apple, предоставляющее стриминг музыки за скромные деньги), Uber (такси на заказ с — конёк! — варьирующимися в зависимости от сиюминутного спроса и предложения расценками услуг), Airbnb (альтернативная система бронирования дешёвого жилья во всех уголках мира), Snapchat (сервис коротких сообщений);

— системы электронных платежей и коммерции: Square (портативные кардридеры для смартфонов), Stripe (приём платежей в любой из 135 принимаемых валют, упрощённая схема комиссионных, ещё один убийца банковских карт);

— социальные сети: Pinterest (25 миллионов подписчиков, делящихся друг с другом фотографиям сожранной и приготовленной пищи, щеночками, котятами, детками и т. п.), Fab (сначала была просто социальная сеть «по интересу», а потом превратилась в онлайн-магазин моднейшей одежды);

— альтернативные энергетические технологии: Bloom Energy (продаёт модные силовые установки — Bloom Energy Servers, использующие патентованную технологию, которая позволяет среднему бизнесу окупить затраты — $800 тыс. за «игрушку» — в течение пяти лет за счёт экономии электроэнергии).

Итак, какие закономерности бросаются в глаза (в смысле — видны невооружённым глазом и не требуют скрупулёзного анализа)? Самое очевидное: высокие (высоколобые) технологии в «тайном клубе миллиардеров» почти не ночевали. Собственно говоря, мне удалось найти всего три исключения: компания Элона Маска (SpaceX), которая явно собрала $4,8 млрд частных инвестиций не благодаря любви денежных мешков к спутниковым технологиям, а из трепетного поклонения перед гением, придумавшим машину Tesla; Bloom Energy, создающая реально востребованную в эпоху истощения традиционных источников электроэнергии силовые агрегаты; и Xiaomi, которая, правда, гордо разделяет первую строку списка миллиардеров с Dropbox.

Всё, больше ничего. Остальные фавориты частных капиталовложений трудятся в сфере услуг — у которых, впрочем, есть общий знаменатель: услуги эти реализуются исключительно онлайн, посылая тем самым пламенный привет российским (и белорусским — полюбуйтесь свежачком!) борцам с интернет-коммерцией.

И тут начинается самое интересное. Несмотря на довольно широкий и универсальный знаменатель (онлайн-услуги), направления коммерческого приложения сил довольно… ограниченны! Если приглядеться, то все они так или иначе подпадают под девиз «дёшево, но сердито», то есть определённо высокое качество при минимальных затратах. Причём специализация услуг не имеет значения: модная одежда или обувь (именно что модная, а не с китайского вещевого рынка или голландского секонд-хенда, и именно что дешёвая, а не по заоблачным ценам бутиков в риаллайфе), музыка и видео, гостиницы и билеты, системы приёма платежей и т. п.

Призываю, однако, читателей не фиксироваться на девизе «дёшево, но сердито», поскольку сам по себе он не является идеей фикс и тем более не даёт нам ключа к пониманию механизмов фаворитизма в частных инвестициях (тем паче что механизм этого фаворитизма гораздо шире и также применим к бизнесу, избирающему путь публичного финансирования). «Дёшево, но сердито» — лишь одно из многих знамений времени. Сегодня есть, завтра ему на смену придёт что-то другое.

О каких знамениях идёт речь? Расскажу уже завтра — на примере чудесной истории компании Fab.com :-).